кривич krv4 (krv4) wrote,
кривич krv4
krv4

Category:

Общерусский язык - наследник "простой мовы" Юго-Западной Руси.

Б. А. Успенский. Краткий очерк истории русского литературного языка (ХI - ХIХ в.в.). - М, 1994, с. 86.

Действительно, "проста мова" не оказала почти никакого влияния на современный украинский и белорусский литературный языки... Однако, на историю русского литературного языка "просто мова" как компонент юго-западнорусской языковой ситуации оказала весьма существенное влияние

Достаточно указать, что если сегодня мы говорим об антитезе "русского" и "церковнославянского" языков, то мы следуем именно югозападнорусской, а не великорусской традиции... Это связано с тем, что условно называется иногда "третьим юнославянским влиянием", т.е. влиянием книжной традиции Юго-Западной Руси на великорусскую книжную традицию в ХVII в.: во второй половине ХVII века это влияние приобретает характер массовой экспансии югозападнорусской культуры на великорусскую территорию.


Б. А. Успенский. Краткий очерк истории русского литературного языка (ХI - ХIХ в.в.). - М, 1994, с. 66 - 70.





Таким образом, «проста мова» противопоставляется как церковнославянскому языку, так и диалектной украинской или белорусской речи. Однако, в отличие от церковнославянского языка этот язык обнаруживает несомненный разговорный субстрат, который подвергается искусственному окнижнению за счет, во-первых, славянизации и, во-вторых, полонизации.

Соответственно могут быть выделены два варианта «простой мовы» — украинский и белорусский: украинский вариант более славянизирован, белорусский в большей степени полонизирован.

Границы между «простой мовой» в ее белорусском варианте и польским языком оказываются при этом весьма нечеткими: в предельном случае тексты на  «простой мове» могут приближаться к кириллической транслитерации польского текста (ср.: Соболевский, 1980, с. 65).

Статус государственного языка способствовал кодификации «простой мовы». В то время как язык частных и местных актов и грамот в силу своей ограниченности, локальной направленности носит следы местного говора, иногда доходя почти до транскрипции живого произношения и живых форм речи, канцелярский язык тяготеет к стандартизации и кодификации.

Однако он базируется на живом языке, изменяясь вместе с ним, а униформность ему нужна для связи в пространстве, а не во времени. В этом существенное отличие «простой мовы» от церковнославянского языка.

Это литературный язык нового типа по сравнению с церковнославянским: будучи связан с живой речью, он обнаруживает тенденцию к эволюции. Именно поэтому мы наблюдаем в Юго-Западной Руси характерное терминологическое противопоставление церковнославянского языка — «простой мове»: «язык» противопоставляется «речи (мове)», т.е. тому, что находится в непрерывном движении. Равным образом «словенский язык» может противопоставляться здесь «рускому диалекту», где «руский диалект» выступает как название «простой мовы»; позднее «просту мову» будут называть «язычием».

 Обсуждалось здесь:
http://ukraine-russia.livejournal.com/7196150.html?view=comments
http://ukrainerussia.livejournal.com/971632.html?view=comments

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments